Воскресенье, 20.09.2020, 11:34
Приветствую Вас Гость | RSS
История Киевской Руси
в лицах и биографиях


Меню сайта
Поиск
Статистика

Каталог статей

Главная » Статьи » Русь и Германия при Святославе Игоревиче

Ч. 6
Идея подвижности восточной границы Магдебургской митрополии как мотив имперской политики проявлялась и поз­же, во второй половине X в. Так, в связи с ней, на наш взгляд, следует рас­сматривать возникновение в то время претенз-ий Магдебурга на Познаньскую церковь 28 и издание в декабре 995/996 г. Оттоном III (983—1002) подтвер­дительной грамоты Майсенской кафедре с продвинутой далеко в глубь Силе-зии и Чехии восточной границей. Видимо, стабилизацию восточной границы Магдебургской митрополии следует относить лишь ко времени учреждения польской архиепископии в Гнезне в 1000 г.
Но если в 968 г. император принципиально настаивал на разомкнутости восточной границы новой миссийной митрополии, то назначение ее главой именно безместного миссийного епископа Руси выглядит не случайным. До­гадки о связи магдебургского проекта в редакции 968 г. с планами Оттона I относительно Руси высказывались неоднократно.
Так, по мнению А. Бракманна, тот факт, что император остановил свой выбор на Адальберте, а не на каком-ни­будь монахе из магдебургского монастыря св. Маврикия (которому этнополитическая ситуация между Эльбой и Одером была, разумеется, известна много лучше, чем Адальберту), свидетельствует о внимании в 968 г. Оттона I именно к дальним славянам. Этот продолжавшийся интерес германского императора к Киеву Т. Мантейфель объясняет неудачей германо-византийского сближения при Никифоре Фоке. Однако этим общим соображениям не хватает опреде­ленности, основанной на анализе текстов, связанных с постановлением Адаль­берта. Обратимся же к текстам.
Отметим сначала одну многозначительную деталь в сообщении об Адальбер­те из хроники мерзебургского епископа Титмара (ум. в 1018 г.): император «возвел в архиепископское достоинство Адальберта, трирского монаха, но ранее назначенного епископом Руси и изгнанного оттуда язычниками».
Между монашеством Адальберта и его назначением русским епископом нет никакого противоречия, поэтому «но» Титмара прихо­дится понимать так, что в представлении хрониста противоречили друг другу старое и новое назначения Адальберта, т. е. он был поставлен на митрополию, несмотря на то, что прежде уже был рукоположен в епископы для Руси.
С точки зрения канонического права, сомнения Титмара вполне понятны. Дело в том, что каждый отдельный случай перемены епископом своей кафедры нуждался в специальном правовом обосновании, так как связь между предстоятелем и его епархией мыслилась раз и навсегда данной и, вообще говоря, не подлежавшей расторжению.
Это — одно из стабильных церковно-правовых установлений; оно содержалось уже в 14-м апостольском правиле, неоднократно подтвержден­ном затем и постановлениями вселенских соборов. Епископа, оставившего свою епархию, ждало отлучение от церкви. Единственным исключением мог быть случай, когда епископ бывал не принят не по собственной вине, а «по злонравию паствы».
На необходимость соблюдения этого канона в самой категорической форме было указано в решениях Латеранского собора 826 г., вошел он и в известный сборник канонического права, составленный в начале XI в. вормсским епископом Бурхардом.
Категория: Русь и Германия при Святославе Игоревиче | Добавил: defaultNick (26.02.2012)
Просмотров: 1855 | Рейтинг: 5.0/7
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Copyright MyCorp © 2020
Сделать бесплатный сайт с uCoz


Яндекс.Метрика