Понедельник, 24.09.2018, 01:26
Приветствую Вас Гость | RSS
История Киевской Руси
в лицах и биографиях


Меню сайта
Поиск
Статистика

Владимир Святой ч. 5

Вместе с дядей — воеводой Добрыней он идет на Полоцк и далее на Клев (путь через Смоленск, видимо, был непрохо­дим: в это время там было сильное самостоятельное княжест­во, не упоминаемое летописями, но богато представленное археологическим материалом). В Клеве Свенельда, похоже, уже не было, а главным воеводой у Ярополка был Блуд. Имя это и в современном и в древнерусском имеет негативный оттенок. Но в исконном — кельто-иллирийском оно указыва­ло на знатность рода.
Блуд предал Ярополка, и вошел в историю как олицетворение предательства: так его предста­вил летописец, симпатизировавший Ярополку. Позднейший летописец, оправдывая Владимира, еще более усугубил вину воеводы как организатора расправы над Ярополком. «Неп­раздная» (беременная) жена Ярополка, некогда привезенная Святополком из Болгарии юная монахиня, стала одной из жен Владимира, и от нее родится Святополк — фактически сын Ярополка. Есть мнение, что именно в окружении Святополка позднее создавались тексты, симпатизирующие Яро­полку и представляющие Владимира в негативном свете.
В конце правления Владимира конфликт со Святополком при­нял открытые формы, причем он в известной мере принял международный характер, поскольку Святополка поддержи­вал польский князь Болеслав (тесть княжившего в Турове Святополка), а польский епископ Рейнберн был в числе его ближайших советников. Но в конце княжения и с другим сыном — Ярославом отношения у Владимира дошли до воору­женной конфронтации. А это значит, что и в новгородском окружении мятежного сына киевского князя главе большого семейства и обширного государства не слишком сочувствовали.
Киевская Русь X в. оставалась еще очень рыхлым государ­ственным образованием, как и большинство государств той эпохи. «Земля» и «Власть» — каждая жили своей самостоя­тельной жизнью, не только не сливаясь, но и не сближаясь без особой необходимости (обычно вызываемой внешними обстоятельствами).
Практически это означало, что внутрен­нее устройство «Земли» оставалось традиционным и попытки «Власти» что-либо изменить в этом внутреннем быте встреча­ли решительное противодействие (вооруженное сопротивле­ние, отказ от уплаты дани, просто неповиновение, уход на новые территории). Да и усобицы внутри русского княжес­кого рода мало затрагивали «Землю», и она включалась в разборки лишь в том случае, если реально дело касалось интересов «Земли».
Сам «род русский» в X в. борется за некую монополию — княжить в различных славянских зем­лях. Но ко времени вокняжения Владимира добиться этого удалось лишь в собственно «Руси» (Киевское Приднепровье) и в Древлянской земле, где местная династия была ликвиди­рована после восстания 945 г. В стане же претендентов на разные княжения пока действовала лишь сила, а не какое-либо право наследования. Владимир явился по существу пер­вым князем, который попытался как-то определить внутрен­нее устройство государства.
Как и его предшественники, Владимир начал с подчине­ния племен, ранее плативших дань Киеву или Новгороду. В скандинавких сагах это первый известный им князь, правив­ший в «Гардах», и первый, на службе у которого были неко­торые герои саг. Здесь особенно выделяется Олаф, позднее крестивший Норвегию. Детство же его прошло, по сагам, при Владимире и его матери (или супруге) Алогии (видимо, скан­динавское воспроизведение имени Ольги). По сагам, Олаф добросовестно служит Владимиру, завоевывая для него те земли по Балтийскому побережью, которые и ранее платили дань русским князьям. «Старина» в данном случае восприни­мается как законное право.




Copyright MyCorp © 2018
Сделать бесплатный сайт с uCoz


Яндекс.Метрика